loading...
close

Как на Украине отличить мух от котлет, а законную армию от «армии в законе»?

11:51 01.09.2015 Views824 Анна Ботнева Версия для печативерсия для печати
Мукачевская стрельба поставила вопрос ребром: надо что-то делать с людьми, у которых на руках несчетное количество оружия. То есть с так называемыми незаконными вооруженными формированиями. По мысли президента Порошенко к таковым следует отнести «Правый сектор», возглавляемый человеком, во-первых, имеющим депутатскую неприкосновенность, а во-вторых, еще вчера считавшимся верным сподвижником, денно и нощно, без перерыва на обед и сон уничтожавшим террористов, сепаратистов и прочий криминальный и просто нежелательный элемент. Побоище у порога Верховной Рады 31 августа ребром этого вопроса стало уже рубить украинскую власть по шее, что твой Брюс Ли многочисленных бандитов.
События у здания Рады – это еще не новый майдан, но аргумент в пользу: «А мы вам предлагали разоружиться», озвученное киевской властью за последние полтора года не один раз и направленное как ее оппонентам, так и группам и течениям, на каком-то этапе выступавших компаньонами этой самой нынешней верхушки.
Проблема, правда, в том, что мнения насчет «незаконных вооруженных формирований» у разных сторон разные. Да и с легитимностью у носителей этих мнений не всегда все так уж определенно. С ДНР и ЛНР – там все проще и понятней, обе республики, по мнению Киева, насквозь состоят из врагов украинской государственности и целостности. Насчет батальонов этих территориальных образований тоже неясностей никаких. А вот как быть с Ярошем и его куратором Коломойским? Каждый ведь из тех, кто состоит в правосековых батальонах имеет полное право процитировать Мальчиша-Плохиша: «Я же ваш, буржуинский!» И что ему сказать в ответ? Если он действительно поучаствовал в приведении к власти нынешней власти? Если ходил с автоматом наперевес против «сепаров» и слишком агрессивного безоружного мирного населения? А теперь они что-то не поделили. «Они» - это не Аваков с Ярошем. «Они» - это Порошенко с Коломойским. Не будем тратить время на размышления из серии «кто кого сливает» - это предмет другого исследования. Сейчас меня занимает вопрос, как, по каким критериям украинскому руководству установить, какое из подразделений является незаконным? Чтобы попытаться ответить на этот вопрос, придется сначала разобраться с тем, как в государстве формируются законы, кто их пишет, и кто им подчиняется.
Кому-то это может показаться забавным (как минимум) или невероятным (как максимум), но государство по большому счету, есть ни что иное, как культурным словом определенная ОПГ. Организованная преступная группировка. Ни больше, ни меньше.
Эта формулировка справедлива в определении государства вообще, не обязательно какого-то конкретного. В стародавние времена, когда самым веским аргументом в споре служила дубина, а общение людей укладывалось в обмен междометиями, большие или не очень большие группы людей всерьез озаботились вопросами контроля территорий, сбора дани и создания неких правил, по которым всем предписывалось жить. С тех пор ничего не изменилось. За исключением названий сводов этих правил. Кому уголовный кодекс ближе, а кому – кодекс строителя коммунизма. Большие группы людей отличались и отличаются неуемным аппетитом и интересом к преумножению собственных богатств за счет добра, добытого чужими руками и земель, принадлежащих другим лицам или другим большим группам людей. Когда мы смотрим на это через призму тысячелетий, нам это кажется нормальным и не вызывает вопросов. Мы просто констатируем факты, полагая, что историю изменить невозможно, и именно поэтому не задумываемся над сутью происходившего. А суть была (да и есть) такова. Однажды люди пришли к мысли, что им в стае нужен вожак. Хорошо, если таковой выделился и сформировался сам по себе при охоте на мамонта или сборе съедобных корешков. Хорошо, если он - безальтернативная кандидатура в управленцы (монархи, вожди, президенты). А если нет? Если претендентов два-три-пять? Правильно, без предвыборной кампании не обойтись. Агитация, пропаганда, подкуп, коррупция… Все как сейчас, только взятки не баксами и «майбахами», а шкурами саблезубых тигров и зубами птеродактиля. Победивший разрабатывает правила поведения (законы), проигравший, их соблюдая, готовится к реваншу. Это если цивилизованно. Без призывов к свержению существующего строя насильственным путем. А если с призывами, то это уже считается по-бандитски? Вот это уже философский вопрос. Кто бандит, а кто нет, определяется группой, которая приходит к власти. Оседлавшие кресла диктуют нормы жизни, называя их законами. Правила, по которым строится внутренняя жизнь и иерархия в стане проигравших, называются понятиями. Каждая из групп имеет свое понимание термина справедливости, свою точку зрения на методы доказательства правды, виновности, невиновности. Каждая из групп присваивает себе право наказывать себе подобных, вплоть до умерщвления. Только у правящих это называется смертной казнью, а точно такое же действие, предпринятое неправящими, называется убийством. Победители поддерживают свое господство с помощью силовых структур, именуемых полицией и армией. Проигравшие имеют точно такие же структуры, но называемые правящими «боевиками». Суды, определяющие виновность, есть и у тех и у других. Разница лишь в том, что у победителей они законны и победители, как видим, на законных основаниях диктуют судам манеру поведения. А у проигравших суды вершат персоны «в законе», на которых тоже пытаются давить со стороны. Стрельба со стороны не согласных с установившимся порядком называется террористическим актом, а побоище с участием регулярных армейских частей победителей носит имя операции по восстановлению конституционного порядка. И так далее и так далее… А как же политическая межпартийная борьба? Цивилизованное такое поливание грязью друг друга, но без мордобоя и выстрелов? Победители рулят, проигравшие – в оппозиции, потом наоборот? Разве тут есть уголовщина? Верно, здесь ее нет. Но только потому, что межпартийная борьба проходит внутри победителей. То есть, одной части общества, той самой, которая играет по правилам, именуемым законами, ей же самой придуманными. Те, что играют по понятиям, здесь не участвуют. Их в политическую борьбу не зовут и не пускают, понимая, что правила могут измениться, понятия станут законами, а законы – понятиями. Как это было уже однажды, когда товарищи большевики не смогли цивилизованно выиграть выборы, зато смогли по призыву их вождя, превратить империалистическую войну в гражданскую. Вы не находите, что гражданская война есть высшая форма бандитизма? Победителей, как известно, не судят, и потому главаря бандитов в случае победы называют вождем и самым человечным человеком, не обращая внимания на реки крови, пролитые им. Потому что живут по понятиям, которые он преобразовал в законы. Кто сказал, что на Украине в нынешние времена возможны другие варианты? До Минска-2 между вооруженными формированиями, действовавшими на стороне АТО, особых противоречий не наблюдалось, хотя и тогда батальоны олигархов статусом ВСУ не обладали, и считать их незаконными вооруженными формированиями у тех, кто поставлен рулить в Киеве были все основания. Но… Не наступил подходящий момент. Точнее, негосударственные наемники нужны были для массовости – задавить числом ополчение. Минск-2 лишил Киев возможности иметь внешнего врага – перемирие, отвод вооружений и отсутствие формального повода вновь начать войну, заставляет искать врага внутреннего. Среди тех, кто вчера считался друзьями и единомышленниками. Дружба эта, все прекрасно понимали, была из тактических соображений, а значит, невечной и готовой на разрыв в любую секунду. Секунда наступила, Коломойского сместили (по крайней мере, документально), а батальонам его с момента смещения «шефа» все чаще стали намекать на то, что они – первые претенденты на титул незаконного вооруженного формирования. То есть «армии по понятиям». Будет ли она сопротивляться «армии в законе» (ВСУ) – дело, в общем-то десятое. В любом случае батальоны днепропетровского экс-губернатора – пробный камень перед попыткой разоружить луганско-донецкое ополчение. Прецедент для мировой общественности, который, если бы не подвернулся под руку сам, пришлось бы создавать. «Всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться», учил нас идеолог Великого Октября. Кому-то из правосеков, наверняка, удалось в школе осилить прочтение этого ленинского труда.
Так что, скорее ПС станет государством в государстве, чем сложит оружие. Худо-бедно, а пример ЛНР-ДНР у них перед глазами. Успешный пример, между прочим.
Наверняка свидомый президент, заявляя о разоружении незаконных военных формирований, рассчитывал, что законы будет устанавливать его сторона. Но реальный ход событий показывает, что победа МВД над Правым сектором писана вилами на воде, весьма высока вероятность того, что придется Петру Алексеевичу действовать не по закону, а по понятиям. Законы будут писать победители. Процесс отделения мух от котлет, то есть незаконных военизированных формирований от законных представляется туманным.  
Оставить Комментарии

Новости партнеров


Загрузка...
Закрыть