loading...
close

Ожидаемые неожиданности или Венская партия Владимира Путина

14:50 22.10.2015 Views308

Подписывайтесь на новости Nation-news.ru «ВКонтакте»

Вчерашний неожиданный (не для Владимира Путина, разумеется) визит Башара Асада в Москву многие СМИ успели назвать сенсационным. Чисто по-человечески их можно понять – чтобы материал раскалился от кликов мышки читателей, толкающихся в интернет-очереди к тексту, его непременно надо снабдить бьющим анонсом, нашпигованным броскими словами. Но… Слово – бритва обоюдоострая, при неосторожном обращении может и автора поранить. С «сенсационностью» на этот раз так и случилось. Читателей термин, скорее всего, привлек, но и авторов не пощадил, показал их слабый профессионализм.

К чему это я?

Да к тому, что подавать что-то, происходящее в игре, которую ведет российский президент, как из ряда вон выходящее – это для марсиан. Для журналистов, впервые прилетевших на нашу планету, не имеющих понятия о положении вещей и пытающихся подойти к нему с какими-то привезенными с собой мерками и лекалами, которые абсолютно не из нашей системы координат. Попробуйте дизельную машину заправить бензином – то, как она будет после этого двигаться (если будет вообще) тоже станет сенсацией, неожиданностью. Для тех, кто со свойствами названных видов топлива не знаком.

Неожиданность – это стихия Путина. Его привычная манера действий (вспомним реакцию 08.08.08 и «вежливых людей» в Крыму). Так что сенсацией тут скорее выглядело бы то, что Асад не прилетел бы. Логика российского президента всегда построена на отличии от той логики, которой любит пользоваться его противник. Так что сенсационен визит главы Сирии, только если рассматривать появление последнего в Кремле с точки зрения политических деятелей и обозревателей из США или ЕС. И. наверно, российских либералов, начинающих свой рабочий день предкофейной молитвой: «Боже, заставь Путина быть предсказуемым».

Хотя он ведь в достаточной степени предсказуем: догадаться о том, что российские ВКС появятся в Сирии и начнут там свою операцию было несложно. Для тех, кому удалось обратить внимание на официальную просьбу Асада оказать помощь в борьбе с террористами. Это бомбардировки, производимые штатовскими и французскими самолетами – неожиданность. Потому что им не предшествовала ни резолюция ООН о необходимости вмешательства в конфликт, ни обращение законной сирийской власти. Они просто решили провести свои учения на территории «страны, которую не жалко».

Неожиданной можно считать просьбу лидеров так называемой «широкой международной коалиции», обращенную к командованию российских ВКС. Я о предложении американцев, чтобы русские летчики воевали на английском языке. Вроде «мы, великие янки, в союзниках с вами не состоим, потому что вы подчиняться нам не хотите, но хоть по-английски-то, а? Вот, чисто из уважения?»

Неожиданным участие российских самолетов в сирийских событиях воспринимают те, кто ставит на одну доску советскую армию времен Афганистана и совеременную. Кто полагает, что «русский» – синоним слова «необучаемый». Кто думает, что Россия ввязывается во что-то с единственной целью увязнуть в этом чем-то поглубже и желательно навсегда. Кто привык считать, что только истребители индейцев и линчеватели негров, ну, может еще «сторонники европейских ценностей», могут иметь какие-то свои интересы вне границ собственного государства. Кто неспособен сообразить, что вечно Россия отстраненной от дел на международной арене быть не может, что период долгого запрягания кончился, пришла пора быстрой езды. Настолько быстрой, что заокеанские регулировщики за ней и мыслями не поспевают, а уж на то, чтобы барьерами обставить – и вовсе времени нет. Если только штрафы выписывать. Заранее. За то, что еще не совершили, но есть вероятность, что совершат. Набившие оскомину санкции – как раз из этой серии.

Так что давайте визит Асада не будем звать сенсационным и неожиданным, а поименуем его таким, какой он есть: молниеносным. У нас ситуация сейчас такая, что все ходы делаются в режиме блица. А кто не успел, кто играет классические партии – сам виноват. Флажки на их шахматных часах падают с регулярностью качания маятника, а у самих «шахматистов» времени едва хватает на произнесение «сдаюсь», а вот на то, чтобы расставить фигуры для следующего блица – уже нет.

Путин к «партнерам» относится философски. В смысле знает, что это явление существует, возникло без нашего участия и дано нам в ощущениях. Но он в курсе и того, что пока они нам не партнеры – привыкли за последние четверть века не считаться с Россией. Партнерство – это отношения равных. А равенства России Западу Запад не признает. Пока. Это растерять авторитет можно в секунды, а восстановить его – требуются годы. Мы восстанавливаем.

Итак, Асад побывал, повстречался, поучаствовал. Что дальше?

Дальше – заявления по дипломатическим каналам с западной стороны о «расстройстве», «разочаровании», «озабоченности», «удивлении» действиями России (какие там еще слова в международных отношениях используют, чтобы скрыть неудовольствие от телодвижений противника и прикрыть собственную неспособность что-то ему противопоставить?)

«России не стоило стелить красную дорожку перед Асадом, который использовал химическое оружие против собственного народа, — это противоречит заверениям Москвы о приверженности политической трансформации в Сирии», - такова реакция Вашингтона. «Россия должна развивать перспективы, которые позволят сохранить сирийское государство». А это – реплика из Берлина. И у тех, и у других особое удовольствие состоявшимися переговорами не сквозит, а между строк читается раздражение. Больше даже не действиями Кремля, а собственной неспособностью этому воспрепятствовать.

Западные политологи еще пару недель назад составили четыре модели будущей сирийской ситуации. Наиболее благоприятная для Асада версия этого проекта позволяет ему некоторое время побыть частью переходного периода. Но, в конце концов, дизайн всех четырех построений архитектуры послеигиловской Сирии одинаков – удаление действующего президента САР на покой.

В России нарисовали пятый план, предусматривающий сохранение за Асадом кресла главы государства со всеми вытекающими отсюда последствиями. Вчерашний молниеносный визит сирийского руководителя – подтверждение того, что ситуация будет развиваться по плану Москвы, а кто не согласен – имеет право пересмотреть свое мнение, проанализировать, где он допустил ошибку, покаяться и согласиться с планом Кремля. Разрешается сделать это чуть позже, и немного поломавшись для приличия.

Вчерашний визит – прелюдия к завтрашней встрече в Вене глав дипломатических ведомств РФ, США, Турции и Саудовской Аравии. Со стороны Москвы была идея подключить сюда еще и Иран, но остальные ей воспротивились: пророссийски настроенный Тегеран усложнил бы своим поведением достижение той дипломатической победы, на которую американцы, турки и саудиты рассчитывают.

Идея встречи на Дунае формально принадлежит Вашингтону. Но именно формально – на самом деле она является расширенным вариантом предложения России пообщаться на высшем уровне, направленного некоторое время назад американцам. Янки принять делегацию, возглавляемую Медведевым, отказались. С исключительной, как теперь это видится, целью: чуть позднее выступить с собственной инициативой. И выглядеть в глазах мира главным борцом за мир и генератором всех позитивных процессов. Выслушать чужую идею, демонстративно не принять ее, подтолкнуть автора к тому, чтобы он о ней забыл, а чуть позже озвучить ее же, выдавая уже за свою. Шелленберговская методика продолжает работать. Советники Обамы, видимо, тоже читают «Семнадцать мгновений весны». А от Нобелевки это произведение уберегли только чтобы не привлекать внимание к источнику своей философии поведения.

Скорее всего, в Австрии участники саммита ни о чем глобальном не договорятся. Вена – это пробный камень с целью пощупать мускулы соперника: так ли уж он силен, как об этом говорят его горящие глаза и сжатые кулаки? Совершенно ясно, что сирийскую проблему узким составом переговорщиков не решить. Ну, хотя бы потому, что «Исламским государством»* захвачена еще и часть территории Ирака, есть угроза Ирану и Ливии, касательство к глобальной ближневосточной проблеме имеют Катар, ОАЭ, Иордания, Египет.

Нет сомнения, что Россия Асада не сдаст, сколько бы в фейсбуках и твиттерах ни повторяли магическое «путинслил»: сегодняшняя российская дипломатия имеет опыт успешного противостояния численно превосходящему противнику и принуждения последнего играть по российским правилам. Шестнадцатичасовая «минская ночь» тому свидетельство. На то, что Лавров в Вене окажется мягче Путина в белорусской столице, противоборствующей троице даже и в мечтах рассчитывать не стоит.

Вполне вероятно, что дискуссии главного российского дипломата на дунайских берегах получат синхронную поддержку в виде какого-нибудь нетрадиционного военного хода в Сирии. Например, по типу салюта Каспийской флотилии 7 октября.

Переговорный процесс по Сирии – это надолго. Но он – из серии «Ура, мы ломим! Гнутся шведы!» Ну ладно, применительно к ситуации вместо шведов следует вписать политиков стран, приведенных выше, справедливости от этого формула Пушкина не утратит. Россия в Сирии – это на продолжительное время. Но не в той же роли, что СССР в Афганистане.


* «Исламское государство» (ИГ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, его деятельность на территории России запрещена.

Автор: Владимир Добрынин
Оставить Комментарии

Загрузка...

Новости партнеров

Закрыть