loading...
close

Хроники Майдана: как погибала Украина

14:41 18.02.2016 Views2605

Майдан: хроники безумной войны

«Встречаемся под монументом Независимости. Одевайтесь тепло, берите зонтики, чай, кофе, хорошее настроение и друзей». Эту запись 22 ноября 2013 года сделал в «Фейсбуке» Мустафа Найем, украинский журналист. Едва ли он тогда мог знать, какую лавину вызовет его призыв.

Трудный путь в пустоту

Никак нельзя сказать, что смута на Украине была случайным явлением. Напротив, весь ход ее истории в 1990-е и 2000-е годы подготавливал взрыв, прогремевший осенью 2013 года.

Из состава СССР Украина вышла, имея едва ли не лучшие стартовые условия в бывшем Союзе. Более 50 миллионов населения с высоким уровнем образования, промышленное наследие, в том числе высокотехнологичные промышленные гиганты вроде «Южмаша», и вдобавок, долги Союза взяла на себя Россия. При этом – отличное географическое положение: страна-транзитер могла иметь энергоносители по льготным ценам. Однако, все эти козыри оказались бездарнейшим образом разбазарены элитой, стремительно поделившейся на олигархические кланы.

Уровень мышления этих людей соответствовал не столько крупным бизнесменам, сколько базарным мошенникам. Причем, если в России постепенно удалось загнать олигархов и чиновников в некие рамки и в целом добиться хрупкого общественного согласия, то на Украине сделать этого не удалось, и состояние страны в стиле пресловутой «семибанкирщины» зафиксировалось не только на 1990-е годы, но и продолжилось намного далее. В результате Украина стала постоянной головной болью для РФ из-за принципиальной недоговороспособности ее элит. В силу этого обстоятельства цена на газ для Украины постоянно росла: безнадежно коррумпированные и неспособные выработать единые долговременные правила игры украинские высшие чиновники мало того, что делали энергоресурсы для собственной страны все дороже и дороже, при этом создавали себе образ неумелых шулеров. В результате, к президентству Януковича Украина подошла с разваливающейся индустрией, быстро теряющей все прежние преимущества.

Вдобавок, Виктор Янукович действительно оказался президентом одновременно авторитарным и слабым. Вдобавок, он довел уровень коррупции в стране до откровенно гомерических масштабов, и даже в отношениях с Россией проявил себя как исключительно скользкий тип, с которым сложно договориться по какому бы то ни было вопросу. Между тем, Украина все ближе подходила к необратимому экономическому краху. Потеряв время, распродав почти все, что можно продать, она не смогла выбраться даже из ямы, в которую обрушилась в 2009 году. Янукович метался в поисках того, где взять денег, и в этот момент на Украину наконец обратил внимание Европейский Союз.

Майдан: хроники безумной войны

Ассоциируй это

Для ЕС Украина была интересна в двух аспектах. Во-первых, как самостоятельный «колониальный» рынок. Во-вторых, Украина опять должна была стать воротами, но на сей раз не для газа, идущего с востока на запад, а для европейского экспорта, идущего с запада на восток, в Россию. Зона свободной торговли между Россией и Украиной, при добавлении ЕС позволяла (не впрямую и не абсолютно спокойно, конечно) пробить протекционистские барьеры России и вскрыть в качестве колониального рынка уже ее. Для этого требовалось склонить Украину к ассоциации с ЕС. И вот такого развития событий Кремль допустить уже не мог.

Для Украины ассоциация также несла неочевидные выгоды при очевидных издержках. Удивительно, но в реальности множество людей, ратовавших за подписание соглашения об ассоциации, просто не прочло текста! При том, что наиболее важные подводные камни скрывались как раз в статьях, написанных мелким шрифтом. Украина отказывалась от поддержки отечественного производителя (в т.ч. неявной), обязалась за свой счет перевести все объекты индустрии на европейские техстандарты, обязалась, по сути, не ограничивать импорт, и пр. и пр. Принятый пакет мер приводил к тому, что Украина должна была позволить уничтожить собственную обрабатывающую промышленность, а российский рынок для нее, разумеется, оказывался бы закрыт. Причем пропаганда, посвященная преимуществам ассоциации, даже не пыталась подступиться к рассмотрению вопроса по существу, хотя, казалось бы, речь шла о торговом соглашении, а осмотрительность и здравый рассудок в таких вопросах необходимы. Удивительно, но масса людей предпочла не думать о таких материях вовсе. Удивительно большое количество людей вообще было уверено, что речь идет о вступлении в ЕС, а не об ассоциации. Другие рисовали себе чудесные картины уничтожения коррупции и открытия границ ЕС для украинцев. Фактически, для значительной части населения – в первую очередь в западных областях страны – евроассоциация стала почти национальной идеей. 

Как бы то ни было, в момент, когда подписание соглашения об ассоциации уже стало делом ближайших дней, на президента Украины обрушился ледяной душ: Россия пообещала ликвидацию зоны свободной торговли в случае, если ассоциация станет реальностью. Янукович тут же откатил назад, прекрасно понимая, чем это грозит украинской экономике, и отменил подписание соглашений. Как выяснилось, этим решением он подписал себе как политику смертный приговор.

Майдан: хроники безумной войны

Майдан Незалежности

Ноябрьским вечером на майдан вышло несколько тысяч человек. Вскоре к ним прибыли первые политики – Яценюк, Кличко, Парубий, Тягнибок и прочие, представлявшие разнообразные оппозиционные партии популистского толка. Поначалу митинг проходил достаточно мирно и спокойно. Однако уже 24 ноября начались стычки с милицией, а в ночь на 30 ноября спецподразделение «Беркут» разогнало митинг. Трудно не согласиться, что разгон проходил жестко, пострадали более трех десятков человек. Тут же лидер партии «Свобода» ярый националист Олег Тягнибок заявил о борьбе «против бандитского режима». Впрочем, едва ли можно объяснить только призывами политиков массовую реакцию на разгон митинга. 1 декабря на майдан вышли уже десятки тысяч людей. При этом наиболее организованные отряды митингующих – группы правых радикалов – захватили Дом Профсоюзов и Киевскую Раду. Несколько сот человек из неонацистской организации «Братство» попытались взять правительственный квартал на Банковой, меча в бойцов внутренних войск камни и фаеры. Один из этих деятелей старательно молотил вэвэшников цепью и благодаря журналистам стал одним из наиболее известных персонажей противостояния. Бойцы ВВ не имели даже щитов. Вскоре на Банковую выехал грейдер и попытался протаранить строй солдат. Правда, в этот момент на стороне евромайдановцев возникла заминка, и силовики сумели оттеснить толпу.

Позднее инцидент на Банковой свалили на неких «провокаторов». Однако если не углубляться в дебри конспирологии, начиная с боев на Банковой сложно говорить о мирном характере протеста, к тому же «Беркут» и ВВ оказались крайне обозлены происходящим. Контратака велась крайне жестко, многие оказались покалечены. Остановить рост насилия стало с этого момента едва ли возможно.

Вскоре после этого столкновения сформировались парамилитарные «сотни самообороны». Народ на майдане стоял очень разношерстный, от обычных обывателей до неонацистов, поэтому если часть протестующих производила вполне человеческое впечатление идеалистов, готовых положить жизни за свое понимание свободы, то другие бойцы запомнились кричалками «Москалей на ножи!», радикальной риторикой и готовностью к насилию.

С этого момента речь уже не шла только о подписании соглашений о евроассоциации. На сей раз требования улицы состояли уже в отставке правительства и Януковича. Именно в тот момент «Евромайдан» принял привычный по хронике вид: баррикады, палатки, покрышки, толпы людей с импровизированным оружием.

Хроники Майдана: как погибала Украина

На майдане постоянно находилось по несколько тысяч человек. Остальные съезжались по призыву в случае штурма. Руководил процессом некий Штаб национального сопротивления. За «полевую» оргработу отвечал Турчинов, политическое направление задавали Яценюк, Кличко и Тягнибок. 

В течение декабря на Украине побывал ряд западных политиков, от вице-президента Еврокомиссии Кэтрин Эштон до сенаторов США Маккейна и Мерфи. С самого начала Майдану оказывали максимально возможную поддержку – по крайней мере, дипломатическую – западные государства.

Милиция постоянно пыталась организовать штурмы баррикад, однако такие попытки неизменно терпели крах. Причем уровень оснащенности майдановцев постоянно рос: появлялись средства защиты, импровизированное оружие, а главное, качество логистики. В разговоры о стихийном характере майдана не очень укладывается регулярная поставка продовольствия и медикаментов, организация сбора отходов от тысяч и десятков тысяч людей. Персонально помыслы участников событий чаще всего были вполне чисты, однако вполне очевидно, что толпу направляли, и ее действия – это не творчество революционных масс, а вполне целенаправленно совершаемый в пользу определенных политических групп переворот или, если угодно, революция. Возглавлявшие толпу люди, в сущности, ничем не отличались от ненавистного массам Януковича. Однако противостояние продолжалось.

Особенно жесткими столкновения стали в конце января. 19 числа толпа, дошедшая по разным оценкам уже до сотен тысяч людей одновременно, сама атаковала милицию, бросая в «беркутовцев» коктейли Молотова и камни. Атака майдановцев направлялась на Верховную Раду. Причем бой с беркутовцами организовался по принципу этакой монгольской карусели: группы по 15-20 человек метали камни и КМ в милицию, им отвечали светошумовыми гранатами и слезоточивым газом, и когда одна группа отступала в тыл, за спины толпы примерно в тысячу человек, их сменяли новые. «Беркуты» применили резиновые пули. В итоге количество пострадавших исчислялось десятками каждый день – с обеих сторон. Бои продолжались с прежним накалом до 21 числа. В этот день от применения спецсредств погибли трое активистов майдана. Надо отметить, что «Беркут» действовал на удивление аккуратно достаточно долгое время: только на второй месяц противостояния появились первые погибшие среди майдановцев. Для сравнения, позднее в Мариуполе в схожей ситуации – гражданский протест, недружелюбная, но лишенная огнестрельного оружия толпа - украинские добровольческие части перешли к стрельбе на поражение сразу же.

Политические маневры за пределами поля боя уже мало что решали. Майдан управлялся собственной логикой. В середине февраля наступила развязка, к которой шли все это время.

Хроники Майдана: как погибала Украина

Выстрелы на Институтской

Перед лидерами майдана встала проблема: вечно держать людей в напряжении было невозможно, предел сил есть у всех. Как заметил журналист Игорь Луценко, «Без динамики Майдан умирал. Оставалось или атаковать и победить, или проиграть. На заседании Рады Майдана четырнадцатого февраля Вася Гацько спонтанно предложил идею мирного наступления на Верховную Раду. Неожиданно ее поддержал Турчинов и позволил Штабу нацсопротивления все организовать».

Конечно, фраза о мирном наступлении после многих недель борьбы, десятков калек и первых трупов выглядят демагогией. Однако общий смысл затеи ясен. 18 февраля митингующие с щитами и в касках двинулись к Раде. В Крепостном переулке их встретили и после жесточайшей рукопашной отбросили. Бои начались сразу в нескольких местах, но «Беркут» пока использовал только травматическое оружие. После полудня началась массовая стрельба из оружия огнестрельного.

По словам Турчинова, в предчувствии скорой развязки многие майдановцы взяли в руки охотничьи «стволы». С противоположной стороны стреляли осатаневшие беркутовцы. По сути, происходящее уже без всяких оговорок можно было назвать гражданской войной. К вечеру «Беркут» выбил майдановцев обратно в их лагерь, однако 18 февраля стало только разминкой.

В ту же ночь силовики попытались дать последний и решительный бой на майдане. «Беркут» попытался очистить Дом Профсоюзов. В ходе штурма здание загорелось. Вопреки слухам, внутри массовых жертв не случилось, но майдан в буквальном смысле полыхал: горели покрышки, подожженные для создания дымзавесы, горели палатки, Дом Профсоюзов.  Беркутовцы почти взяли верх, и остановились от полного истощения сил и боеприпасов, когда майдан был почти разгромлен. 18 и 19 февраля погибли 36 человек, в том числе 9 силовиков.

Пока шли столкновения в Киеве, майдановцы начали перехватывать власть в регионах, захватывая административные здания и оружие. Однако главные события разворачивались в Киеве.

Утром 20 февраля неизвестные принялись обстреливать «Беркут» из здания консерватории. Так начался кульминационный акт трагедии. Беркутовцы отступают с улицы Институтской. Однако группа бойцов ВВ заблокирована в одном из зданий. Чтобы ее спасти, рота «Беркута», идет за вэвэшниками, паля из дробовиков и автоматов. Затем, отходя, «беркутовцы» обстреливают майдановцев, наступающих им на пятки. В этот момент неизвестные снайперы ведут огонь и по майдановцам. На Институтской происходит побоище. За несколько часов погибли десятки людей.

Судя по всему, именно эти события окончательно сломали Януковича. Обвинения в массовых смертях неизбежно падали на него. На следующий день было подписано Соглашение об урегулировании политического кризиса на Украине между президентом-неудачником и лидерами оппозиции, а уже считанные часы спустя Янукович уезжает из столицы, объявив о государственном перевороте. Вскоре в руки майдановцев перешли ключевые административные здания, а во второй половине дня 22 февраля Рада, не утруждая себя какими бы то ни было правовыми обоснованиями, низлагает Януковича и назначает досрочные президентские выборы. Низложенный президент вскоре бежал в Россию. Дальнейшие события смуты на Украине принадлежат уже к другому конфликту – восстанию в Крыму и Донбассе.

Интересно, что даже сейчас, через два года, украинские правоохранительные органы не могут четко объяснить, кто же сделал роковые выстрелы. За событиями на Институтской кроется некая грязная тайна. 5 марта 2014 года попала в сеть запись разговора между чиновницей ЕС Кэтрин Эштон и министром иностранных дел Эстонии Урмасом Паэтом. Паэт сделал характерную ремарку:

И ещё, что было достаточно неприятным — та же Ольга (Богомолец) рассказала мне, что все свидетельства указывают на то, что люди, которые были убиты снайперами с обеих сторон — и милиционеры и люди с обеих сторон… На то, что одни и те же снайперы убивали людей с обоих сторон. (…) Она показала мне некоторые фотографии, сказала мне, что как врач может говорить об одном и том же почерке, об одном типе пуль, и её крайне тревожит то, что новая коалиция не желает расследовать, что на самом деле произошло. Так что всё сильнее и сильнее понимание того, что за снайперами стоял не Янукович, а кто-то из новой коалиции.

Дело снайперов майдана крайне запутанное, а кроме того, оно осложнено политическими интересами сторон. Вряд ли когда-либо появится однозначно достоверная версия происшедшего. Желание современных украинских властей по-настоящему расследовать побоище вызывает огромные сомнения.

Майдан: хроники безумной войны

Плоды трудов

В течение буквально нескольких недель положение на Украине изменилось радикально. Вся новейшая история страны распалась на «до» и «после». Очень многие из стоявших на площади руководствовались искренней заботой о благе страны, как они ее понимали. Однако итог борьбы оказался для них полной неожиданностью.

Люди, вышедшие тогда на улицы понимали, что меняют ход истории своей страны, но очень смутно представляли, в каком направлении. Результаты победы выглядят к нынешнему моменту, вежливо говоря, неоднозначно. Майдан запустил целую цепочку разнообразных губительных для Украины процессов. Очевидным является обвальное сокращение и без того находящейся в кризисе экономики: даже уровень благополучия последних лет Януковича теперь кажется недостижимым.

Неизбежным результатом успеха толпы стал полный разрыв с Россией. В России не без оснований решили, что победа такого восстания угрожает ее интересам. Что еще ужаснее для победителей при Банковой, то же самое решили миллионы людей в Крыму, Донецке, Луганске и даже за пределами традиционно пророссийских регионов. Успех майдана резко повысил гражданскую активность и внутреннее единство тех, кто разделял ценности и политические взгляды победителей. Однако то же самое можно сказать о его противниках. А главное, революция создала определенный стиль решения проблем государства.

Политическое насилие стало в глазах миллионов людей неплохим способом разрубить любой Гордиев узел. Раз «западники» вправе метать «коктейли Молотова» в полицию и вести вооруженную борьбу за свои взгляды, то и крымчане и донбассцы могут делать то же самое. Удивительно, но такое простое соображение активистам борьбы с Януковичем в голову не пришло. Но и с «западной» стороны оказалось крайне трудно остановить раскручивающийся маховик насилия, да едва ли кто-то и пытался это сделать.

Убежденность в том, что для воцарения гражданского единства достаточно убить сотню-другую «ватников» и «колорадов» вылилась сначала в убийства в Крыму – тогда еще не массовые, затем в кровавые столкновения с восстанием уже против результатов майдана в Донбассе. Эти столкновения включали массовые драки, убийства, стрельбу по безоружной толпе в Мариуполе, расстрел вооруженных палками людей в Славянске и кремацию заживо десятков людей в Одессе. Однако вскоре в бой пошли уже батальоны, а в конце лета стало окончательно ясно, что «вата» способна не только гореть, но и успешно сжигать танки и БМП с белыми полосами.

Участвовала ли Россия в этом процессе? Разумеется, да. Именно российское вмешательство не позволило разгромить «контрреволюционное восстание» в Крыму и Донбассе. Однако горючий материал вспыхнул еще до всякого российского вмешательства.

«Это обычные люди, местные жители, которые считают, что им угрожают опасность», - с некоторым удивлением описывал весной 2014 года донбасских повстанцев английский корреспондент. Борьба за единство Украины обернулась ее величайшим расколом. «Я не родился на Украине, я родился в Донбассе!» - менее чем через год после победы майдана кричал по рации украинскому визави комбат Гиви.

В дни, когда Янукович, без сомнения, с треском проиграл бы законные свободные выборы, усталые прокопченные ополченцы хоронили своих и украинских погибших в окрестностях изгвазданного Дебальцево. И граждане Украины, не желающие иметь ничего общего со своей родиной мать-мачехой, тысячами берущие в руки автоматы для того, чтобы не оставаться в этом государстве, и сотнями гибнущие на поле боя – это, к сожалению, самый значительный на данный момент итог победы на Майдане Незалежности. Борцы против жестокости и злоупотреблений привели страну к новому уровню злоупотреблений и жестокости.

Автор: Евгений Норин
Оставить Комментарии

Загрузка...
Загрузка...

Новости партнеров

Закрыть