loading...
close

Операция в Сирии: новая мифология о России

13:42 21.03.2016 Views5127 Комментарии 1 Версия для печативерсия для печати

Сирия

Российские войска покидают Сирию. Это известие произвело эффект разорвавшейся бомбы: такой внешнеполитический маневр застал врасплох СМИ и политиков по всему миру. Как бы то ни было, неожиданно начавшись, операция в Сирии столь же неожиданно окончилась. Заморская экспедиция нашей страны оказалась одной из интереснейших ее внешнеполитических акций последних десятилетий и серьезно изменила представления о возможностях государства. Начавшись всего полгода назад, эта операция уже успела породить свой яркий образ, стать предметом огромного количества спекуляций и породить собственную мифологию.

Асад и бесы

Для того, чтобы понять значение российской операции, придется вспомнить, в каком состоянии находилась Сирия в 2015 году. Как раз в этот период сирийское государство и вооруженные силы оказались перед лицом полномасштабной катастрофы. Весной формирования «умеренных террористов» начали масштабное наступление на севере страны. В результате пала крупная провинция Идлиб, которая и сейчас составляет основную часть зоны контроля мятежников. 21 мая террористическое государство ИГИЛ (запрещена в РФ) в результате собственных атак захватило Пальмиру. Кроме бесценных исторических реликвий, в руки террористов попал крупный город, находящийся в 240 км к востоку от Дамаска. Античные руины стали ареной изощренных казней пленных и просто недовольных. Старика-смотрителя музея зверски пытали и казнили, труп позже повесили на древней колонне. Большую часть памятников уничтожили как языческие реликвии. Пока шла вакханалия насилия в Пальмире, ИГИЛовцы продолжали наступление, выбив сирийские войска с последних удерживавшихся ими нефтяных месторождений, а «умеренные» завершили зачистку провинции Идлиб.

Правительственные силы оказались прижаты к канатам, занимая меньшую часть территории страны. Удары разнообразных террористических группировок сыпались как град, армия отступала и уже попросту разваливалась. Армия, насчитывавшая до войны более трехсот тысяч бойцов, сократилась до 70-80, по другим оценкам, даже до 35-40 тысяч человек, причем Асад уже почти не имел возможности увеличить эти силы. Боевой дух войск резко упал, техника была изношена и находилась в ужасном состоянии. Вдобавок, территория, занятая лоялистами, была утыкана анклавами мятежников, а несколько крупных группировок вооруженных сил оставалось в окружении. Фактически, в течение нескольких если не недель, то месяцев сирийское законное правительство должно было пасть. Судьба Муамара Каддафи маячила перед Асадом все более отчетливо.

Здесь приходится сделать небольшое отступление. Поддержка Россией правительства Асада вызвала в мире бешеную критику: по мнению многих комментаторов, Россия, спасая правительство от краха, подхлестывала гражданскую войну. В действительности это очень сомнительный тезис. Сирийская «оппозиция» состоит из множества группировок, отрядов и банд, которые объединяет в единое целое только общий враг. Одних только крупных исламистских группировок разной степени радикальности насчитывается полтора десятка. Еще по меньшей мере десяток групп оставляет считающиеся светскими силы. На севере страны воюют за свою независимость курды. Наконец, отдельно стоит Исламское государство, воюющее против всех сразу. Все эти силы находятся в постоянном движении, заключают союзы между собой и друг против друга, так что говорить о мире после гипотетического свержения Асада не приходится, скорее наоборот, война на руинах Сирии после его разгрома могла бы стать еще более хаотичной и жестокой.

Как бы то ни было, к осени 2015 года настроения в Дамаске стали безусловно похоронными. Однако вскоре в ход событий вмешались новые силы.

Сирия

Нежданные союзники

Слухи о готовящемся вступлении российской армии в Сирию начали распространяться еще до официального начала операции. В интернет просочились видеозаписи с типичной именно для нашей армии техникой, фоном звучали радиопереговоры по-русски. Какое-то время это были только слухи, а фотографии бойцов славянской наружности на фоне испещренных пулями портретов Асада объявляли изображениями персонала базы в Тартусе. Однако 30 сентября все покровы спали. В течение сентября в Сирии сосредоточилась группировка российских ВКС. В основном она разместилась на базе Хмеймим в Латакии на северо-западе страны. Ядро экспедиционных сил составили несколько десятков боевых самолетов (численность периодически менялась). В основном это была ударная техника – штурмовики и бомбардировщики, хотя в составе авиагруппы имелось и несколько истребителей. Кроме того, в Сирию перебросили батальонную группу для охраны базы, артиллерию и части усиления. В войска Башара Асада отправились многочисленные военные советники в качестве специалистов и наблюдателей.

Через Средиземное море постоянно перемещались десантные корабли, поставляющие вооружение и боеприпасы сирийской армии. Негласно поставки снаряжения шли уже давно, однако теперь Сирии требовалось куда больше грузов: контингенту, действующему на Ближнем Востоке, требовалось море военных материалов – топлива, боеприпасов и прочего, а сирийские войска готовились к наступлению. Интенсивность перевозок только возрастала, так что Россия даже приобрела несколько транспортных судов за рубежом под эту задачу.

Интересно, что в рассуждениях постфактум о целях операции зачастую встречаются странные тезисы, например, России приписывается намерение разгромить ИГИЛ воздушным наступлением. Между тем, уже 11 октября Владимир Путин объявил о том, чего Россия собирается достичь в Сирии, публично:

 «…Стабилизировать законную власть и создать условия для поиска политического компромисса».

Кроме того, в октябре официальные лица обозначили еще два важных момента: во-первых, были названы сроки операции (3-4 месяца, в итоге воздушное наступление продолжалось несколько дольше, но вполне сопоставимое время), а также было уточнено, что речь не идет о полноценном вторжении. Было объявлено, что Россия не собирается вести полноценную наземную операцию, и ограничится ударами с воздуха.

Кроме того, в неформальном порядке в конфликте поучаствовали группы волонтеров из России. Контрактниками на госслужбе они не были, но РФ, разумеется, не мешала желающим поучаствовать в борьбе с террористами на свой страх и риск. Полковник Баранец так описывал этих людей:

Они были в организованном порядке под руководством этого человека из Новороссийска, который организовал некую такую вербовочную фирму патриотов. К нему уже в том же Новороссийске и вообще по югам бросили клич: кто хочет поработать в Сирии, пожалуйста, прибывайте. Это частный бизнес этого человека. Но западные журналисты пытаются всячески доказать, что это контрактники, что они из действующей российской армии. Что является абсолютной ложью».

Вдобавок, Россия заручилась поддержкой Ирана. В боях принимали участие иранские солдаты и офицеры, страна аятолл также предоставила помощь военными материалами.

Начало воздушного наступления россиян должно было увязываться с атакой сирийской армии по всем направлениям. К концу сентября все приготовления завершились, и новая антитеррористическая коалиция начала поход.

Сирия

На Идлиб!

Первые рапорты с мест сражений звучали очень оптимистично. Само по себе крупномасштабное наступление правительственных сил в конце 2015 года оказалось совершенно неожиданным явлением. Взбодренные сирийские части, казалось, восстали из мертвых и пошли в бой прямо из могилы, куда их уже почти уложили. Основным противником на этом этапе стали отряды «умеренной оппозиции». Печалиться здесь, конечно, не о чем: от ИГИЛ «оппозиционеры» отличаются в основном меньшей яркостью своих акций и не столь эстетизированным насилием.

Российская авиация тут же принялась активно наносить мощные удары по позициям джихадистов. Из-за необходимости тщательной доразведки после предоставления сведений сирийцами мобильные цели поразить было довольно трудно, поэтому первоначально в прицеле оказалась инфраструктура джихадистов: бункеры, склады и т.п. объекты. Одной из первых мишеней стали экзотические заводы, собиравшие подрывные автомобили террористов-смертников. Нужные цели поражались в основном старыми добрыми фугасными авиабомбами. Благо, в последние годы перед операцией в Сирии в ВКС радикально улучшилось положение с обучением летчиков: налет российского авиатора добрался до 110 часов в год, что является вполне достойным показателем.

Интересно, что признание эффективности этих налетов пришло с неприятельской стороны. Командир одной из группировок джихадистов заявил:

«Нас ждут свирепые бои. Русские применяют тактику выжженной земли. Их удары очень точны. Это судьбоносная битва».

Вскоре к обычным и корректируемым бомбам русские добавили высокоточные Х-29Л с лазерной головкой самонаведения. Мало того, в ночь на 7 октября российские военные преподнесли очередной сюрприз. С четырех кораблей Каспийской флотилии взлетели 26 крылатых ракет. На малой высоте, огибая препятствия, ракеты прошли полторы тысячи километров над Ираном и Ираком и обрушились на головы террористов в Сирии. Взрыв эмоций публики от зрелища запуска оказался едва ли не громче, чем настоящие взрывы от попадания самих ракет в цель. Мало того, что от России никто не ждал использования такого вида оружия, ставшими в одночасье знаменитыми «Калибрами» по джихадистам отработала Каспийская флотилия, до сих пор прозябавшее в безвестности соединение, которое за глаза именовали «флотилия троечников» и часто просто не учитывали при расчете баланса сил. Причем сделала она это при помощи малых ракетных кораблей класса «река-море» и сторожевика: за полторы тысячи верст боевиков расстреляли миниатюрные кораблики. Впоследствии «Калибрами» стреляли еще и с подлодки.

Этот парад военных технологий заставил «умеренных террористов» и ИГ менять тактику. Попытка расположиться на открытой местности теперь оказалась чревата ударом из-за линии горизонта. Поэтому террористы принялись укрываться в городских кварталах и в частности – в мечетях.

Тем временем сирийские войска перешли в наступление. Оно тут же столкнулось с отчаянным сопротивлением джихадистов. Основными точками приложения сил стали Алеппо и Латакия – зона границы с Турцией, откуда непрерывным потоком шла помощь террористическим группировкам. Бои тут же приняли позиционный характер. Однако успех состоял уже в том, что террористические отряды перешли к обороне. Вдобавок, для реализации своих интересов проблемы «оппозиции» и ИГ использовали курды, перешедшие в собственное наступление на севере страны.

К 20 ноября русские нарастили авиагруппу почти до 70 самолетов, а в боевых действиях приняли непосредственное участие ударные вертолеты с Хмеймима. Причем не особенно афишировались, но оказали значительное влияние на ход войны удары по нефтяной инфраструктуре террористов. Авиация била по всем элементам нефтяного бизнеса воинов джихада: нефтедобыча, станции перекачки, перерабатывающие заводы, колонны наливников.

31 октября Исламское государство, не имея возможности что-то противопоставить российской авиации на поле боя, использовала испытанное средство борьбы: террор. Над Египтом был подорван российский туристический авиалайнер. На борт удалось пронести взрывное устройство. Погибли все находившиеся на борту люди: 217 пассажиров и 7 членов экипажа. В результате туристические поездки в Египет были приостановлены. Многое в этой катастрофе неясно до сих пор, однако со времен Беслана это крупнейший теракт в нашей истории.

Активность России вызвала не только ненависть джихадистов, но и неудовольствие многих стран, однако только одна решилась перейти к по-настоящему серьезным военным провокациям.

Гибель в воздухе

24 ноября бомбардировщик Су-24 был сбит турецким истребителем. Как утверждает турецкая сторона, самолет поразили над турецкой территорией: самолет возвращался с задания вдоль границы в зоне, где существует «аппендикс»: турецкая территория вдается чуть в глубину Сирии. Правда, российская сторона опровергает пересечение нашим самолетом границ. Даже если это в действительности произошло, вполне очевидно, что «Сушку» там ждали: изгиб границы невелик, и дольше нескольких секунд самолет попросту не мог находиться над турецкой территорией. Характерно, что упал бомбардировщик именно в Сирии и, собственно, в момент поражения находился над сирийской территорией. Запись, на которой турки якобы предупреждают российских летчиков о нарушении границы, представляет попросту многократное повторение одной фразы, к тому же, не может быть точно отнесена ни ко времени, ни к месту. Один авиатор – Олег Пешков – погиб в воздухе: его расстреляли, спускающегося на парашюте, тесно связанные с Турцией «повстанцы», причем возглавлял их гражданин Турции. В ходе поисковой операции обстрелом с земли был поврежден вертолет Ми-8, в винтокрылой машине погиб морской пехотинец Александр Позынич. Штурман сбитого самолета Константин Мурахтин вскоре был найден живым в результате спасательной операции сирийского спецназа и, что любопытно, движения «Хезболла» при поддержке со стороны России. Такой странный наряд сил объясняется просто: поисковая группа хорошо знала местность.

Чем была вызвана такая атака? В Сирии действуют террористические группировки, ориентированные на Турцию, Анкара предоставляет им разнообразную помощь, а через турецкую границу идет поток контрабанды в обе стороны. Для Турции является важным вопрос о разгроме курдских формирований, союзных России и Сирии, а также – расширение собственного влияния в раздираемой войной республике. Российская авиация нанесла ущерб теневому бизнесу и всей турецкой политике на Ближнем Востоке. Строго говоря, воздушное наступление России и наземное – Сирии – разрушило надежды Эрдогана на реализацию своей политики в Сирии в полном объеме. В результате у турецкого руководства, судя по всему, попросту не выдержали нервы.

Эта акция вызвала тяжелый дипломатический кризис между Россией и Турцией. Стороны обменялись резкими заявлениями, Россия усилила сирийский контингент мощнейшим комплексом ПВО С-400. Одновременно авиация и даже артиллерия усилили удары по территории, контролируемой конкретно протурецкими группировками.

В окопах Алеппо

Однако крупнейшее сражение всей войны разыгралось в районе Алеппо. Крупнейший город Сирии оспаривали сразу три стороны: лоялисты, части «оппозиции» и джихадисты, наступавшие на Алеппо с востока. Именно в районе Алеппо сирийской стороне удалось добиться наибольших успехов.

Проблемой сирийцев в этом районе стала уязвимость коммуникаций. Снабжение сирийских войск ведется через пустыню узким коридором, который постоянно пытались перерезать «оппозиционеры» с запада и ИГ с востока. Однако именно здесь разыгралось крупнейшее сражение всей кампании. Пока сирийцы медленно пробивались по Латакии и без особых успехов старались развалить террористические анклавы в глубине своей территории, под Алеппо шло самое ожесточенное сражение конфликта.

Восточнее Алеппо сирийцы имели авиабазу Кувейрис, полностью блокированную частями ИГ. Несмотря на попытки контрударов южнее Алеппо по путям снабжения, правительственные войска упорно пробивались к окруженцам. База снабжалась по воздуху, однако под ударами ИГИЛовцев ее оборона постепенно слабела. Сражение за коридор оказалось крайне ожесточенным, темпы продвижения – небольшими, даже несмотря на поддержку работающей со всем напряжением сил российской авиации. Однако в середине ноября Кувейрис все же деблокировали. Теперь уже силы ИГ оказались в полуокружении к западу от авиабазы. Одновременно сирийцы начали наступление на позиции «умеренных» южнее Алеппо, продвинувшись не слишком далеко, но заняв несколько значимых позиций.

Однако еще важнее оказались события севернее Алеппо. Турецкая помощь шла в этот район через коридор между территориями ИГИЛ и курдов. Совместное курдско-сирийское наступление в начале февраля привело к полному пресечению этой артерии ударами с двух сторон. Этот прорыв вызвал почти истерическую реакцию в Анкаре, премьер-министр Турции заявил:

Мы вернем наш исторический долг. Когда-то наши братья из Алеппо защищали наши города — Шанлыурфа, Газиантеп, Кахраманмараш (во время Первой мировой войны — NN), теперь мы защитим героический Алеппо. За спиной его защитников вся Турция.

Однако «защита Алеппо» привела бы к эскалации конфликта с Россией, а очевидное неравенство сил заставило Эрдогана ограничиться риторикой и помощью по части снабжения тем частям оппозиции, с которыми еще сохранилась связь.

Между тем, ИГИЛовцы попытались вновь блокировать пути снабжения правительственных войск в Алеппо, и на несколько дней им даже удалось это сделать. Прорыв пикапов джихада на коммуникации замедлил наступление правительственных войск, но не остановил его. Никаких потерь территории армия в итоге не понесла. Между тем, для мятежников ситуация быстро сползала от плохого к худшему. Совместные удары курдов и сирийцев быстро перебили горловину, и в итоге в руках протурецких сил севернее Алеппо остался лишь клочок земли в районе Азаза. Заодно сирийцы разблокировали шиитский анклав, долгое время остававшийся в окружении. Попутно сирийцы выполнили локальную, но важную задачу: восточнее Алеппо им удалось отсечь небольшую группировку ИГ, находившуюся в мешке после прорыва к Кувейрису. Джихадисты успели вывести основную массу сил оттуда, однако некоторые отряды не успели бежать из ловушки. Этот локальный «котел» был в течение короткого времени полностью разгромлен, а узкий коридор к Кувейрису окончательно обрел устойчивость.

Фактически, к этому моменту стало очевидным, что победа «черных» и «зеленых» в Сирии отменяется. Российский план, предусматривавший загнание наиболее вменяемой части инсургентов за стол переговоров сработал: часть крупных группировок мятежников согласилась сесть за стол переговоров. В результате с 27 февраля в Сирии действует режим прекращения огня. Он не касается наиболее фанатичных отрядов мятежников и, разумеется, ИГ. После этого интенсивность российских ударов резко снизилась, однако объявление о выводе войск из страны оказалось неожиданным. Действительно, казалось бы, продвижение сирийцев на большей части участков оказалось неглубоким, однако ни о каком коллапсе сирийского государства говорить уже не приходится.

Сирия

Туман войны

В действительности, активность России в Сирии не прекратилась. Базы Хмеймим и Тартус остаются на месте, скорее всего, сохранится часть войск и даже авиации. Вероятно, еще будут наноситься удары по недоговороспособным группировкам, в частности, «Джабхат Ан-Нусра» и ИГИЛ. Кстати, уже сейчас, когда авиация начала покидать Хмеймим, в Сирии появились новейшие ударные вертолеты Ми-28, и очевидно, их мишенью станут как раз позиции «Нусры» и ИГ. Разумеется, в прежнем режиме работают наши военные советники. Однако активность военного вмешательства России сильно пошла на спад. Чего удалось добиться за время операции?

Любопытно, но если освежить память и вспомнить, какие цели назывались первоочередными осенью, окажется, что ВКС сделали ровно то, что задумывалось. Стабилизация законной власти действительно произошла, тут спорить трудно. Да, продвижение войск лоялистов оказалось небольшим, однако вспомним, что в момент прибытия российских самолетов и солдат в Сирию, армия Асада откатывалась, теряя города. На фронте произошли качественные изменения: отступление завершилось, и потрепанные сирийские войска завладели инициативой. Учитывая, как малы использованные для этого силы, приходится признать, что группировка ВКС добилась наилучших реально возможных результатов. Широкой публике, конечно, может казаться, что игра не доиграна как следует: «оппозиция» не разгромлена, контроль над границей не восстановлен, и даже Алеппо и Пальмира не взяты, а уж о марше на Ракку и говорить не приходится. Однако потрясать копьем на диване куда удобнее, чем на поле боя: полный разгром экстремистов могла бы обеспечить только значительно более мощная группировка, которую на заморской базе было бы крайне трудно снабжать, и которая неизбежно рисковала бы более высокими потерями. Между тем, даже с точки зрения западных наблюдателей, не склонных преувеличивать российские успехи, нашей стране удалось добиться в Сирии многого.

«Господин Путин успешно вернул России статус крупного ближневосточного игрока»сквозь зубы констатировала The Washington Post. Это, конечно, сильный тезис. Однако трудно отрицать, что программу-минимум Россия в Сирии выполнила. Союзное правительство Асада оказалось спасено, его положение стабилизировалось. Победный парад исламистов удалось купировать, им был нанесен ряд неприятных поражений. Оказалась серьезно потрепана инфраструктура террористического государства, в частности, террористов удалось схватить за больное место – кошелек, постоянно нанося удары по путям транспортировки нефти. Все силы мятежников, с которыми в принципе имело смысл разговаривать, усадили за стол переговоров. Полгода назад ни о каких договоренностях и речи идти не могло: для Асада увлеченно вили петлю, и простенький выбор некогда могущественного правителя включал бегство или появление на очередном видеоролике исламистов в качестве жертвы. Теперь табурет зашатался скорее под ногами «умеренных террористов», так что не диво, что бунтовщики пошли на переговоры.

Специфический военный результат состоит в возможности для России обкатать свои вооруженные силы в заморском конфликте. В Сирии действовали и сухопутные силы, и авиация, и флот. Чтобы войска эффективно действовали, они должны воевать, и в качестве полигона Ближний Восток подошел прекрасно. В конфликте применили множество разнообразных новых средств борьбы, от ставших в одночасье знаменитыми «Калибров» до комплексов радиоэлектронной борьбы. Офицеры всех уровней получили возможность поучаствовать в действиях крупных сил, насчитывающих десятки тысяч человек и сотни единиц техники. Летчики и моряки впервые за долгое время выполняли боевые задачи. Скорее всего, именно желанием опробовать в реальном столкновении как можно больше видов техники, расчетов и экипажей объясняется желание использовать такие разнообразные способы действий, как налеты тяжелых бомбардировщиков, ракетные атаки с Каспийского моря и даже удар с подлодки. Заметим, что после военной реформы, начавшейся в 2008 году, это первый случай такого массированного применения российских войск вдали от дома против реального врага.

Нужно отметить, что подобная операция всегда несет значительные риски. Для России они уже дважды за время операции приводили к трагедиям. Сначала террористами был подорван пассажирский лайнер в Египте, затем в результате турецкой провокации погибли двое военнослужащих, были потеряны бомбардировщик и вертолет. Если говорить о чистых минусах, доставшихся России в результате операции в Сирии, то это очень сильное ухудшение отношений с Турцией и серьезно возросший риск терактов со стороны ИГИЛ и организаций, связанных с государством джихада. Это не так мало для короткой кампании. В долгосрочной же перспективе увязание в Сирии было России крайне невыгодно, причем многие комментаторы говорили даже о грядущем «втором Афганистане». Ничего, похожего на Афганскую войну, не произошло, однако в перспективе опасности возрастали, поэтому сокращение масштабов военного присутствия выглядит пусть и неожиданным, но очень разумным шагом. Россия не позволила себе увязнуть в Сирии, и, учитывая, что страна представляет собой бурлящий котел, это решение, судя по всему, правильное. Тем более, что вся необходимая инфраструктура остается в Сирии, и при обострении ситуации «Грачи» быстро прилетят вновь.

Теперь главный вопрос состоит в том, к чему приведут переговоры по поводу будущего Сирии в Женеве. До 24 марта дипломаты будут определять будущее несчастного арабского государства. Пушки сказали свое слово, и теперь у законного правительства арабской республики куда более сильная позиция, чем была недавно, Россия же ощутимо нарастила свое влияние в регионе и получила возможность куда эффективнее отстаивать свои интересы. Военные в очередной раз оказали важные услуги дипломатам.

 

 

 

 

 

Автор: Евгений Норин
Оставить Комментарии

Новости партнеров


Загрузка...
Закрыть