loading...
close

"Если падет Донбасс, будут уничтожать нас"

13:30 09.09.2015 Views6853 Анна Ботнева
Dobrovolez Защитник Новороссии, доброволец из России Александр Пашков Воронежец Александр Пашков отправился в донецкое ополчение в октябре прошлого года. На одном из заданий попал в окружение, получил ранение – две пули пробили ногу. Дальше – плен, ампутация, украинский СИЗО, бесконечные допросы, избиения и прочие «удовольствия», на которые щедра нынешняя украинская власть в отношении ополченцев и прочих несогласных. Вернуться домой Александр смог только в конце января. Без ноги и на костылях. Мы встретились с ним в клубе кикбоксинга, где Саша занимался десять лет. Улыбчивый 25-летний юноша спокойно и неторопливо рассказал свою историю. Началась она с того, что Александр отправился на Донбасс, сказав об этом лишь брату. – Я поехал в Комсомольское, это Донецкая область, там тогда производился набор в ополчение. Спросили, не хочу ли в разведроту. Конечно, хочу! Уже в первый же день нас отправили на блокпосты. Нашей задачей был досмотр машин, чтобы не провозили оружие. 16 ноября с разведывательным заданием пошли к поселку Гранитное – это уже передовая. Начался минометный обстрел. Поселок довольно большой, и обстрел шел с одной стороны. Нас, шесть человек, отправили узнать, что за ситуация на другой стороне, каково там усиление, дорога и так далее. Подошли – и попали в засаду. Нас окружило человек 40, пошла стрельба. Мы дали сигнальную ракету, что требуется помощь, однако нашим даже не дали подойти и продолжали отстреливаться, понимая, что уже не отойдем. Там и останемся. Две пули попали мне в ногу. Не больно – как пчела укусила. Из шестерых уцелели четверо. Еще один умер по пути, когда нас везли на украинскую базу. Его тело украинцы выкинули по дороге, как мешок с картошкой. Приехали на базу. Первым делом нас избили, потом стали допрашивать: кто, откуда, положение части, военный или контрактник, кто вербовал, сколько платят. После этого приехал спецназ СБУ. Они нам завязали руки и глаза, увезли в больницу Волновахи. Я уже полумертвый был. И сразу на операцию – ногу отрезать. – Другого варианта уже не было? – Никто не хотел с нами возиться, мы же пленные. Врачей не было, только хирург, а у меня оказалась перебита артерия, в этих случаях нужны другие специалисты. Дня три приходил в сознание. Мы все трое были «тяжелыми», и нас решили отправить в Мариуполь. Интересно, что сначала нас привезли в госпиталь, где лечили украинских военных. Врач спрашивает: « Из какого подразделения?» Мы сказали, что из ДНР. У того аж глаза на лоб вылезли, он руками замахал: «Как ДНР?! Увозите их от греха подальше, мне здесь проблемы не нужны!» И нас отвезли в гражданскую больницу. Там врачи сделали все, чтобы вернуть нас к жизни. Видимо, для настоящих докторов все же нет национальностей. В Мариуполе народ вообще настроен достаточно пророссийски, хотя в открытую этого никто не скажет. Тем не менее, пока мы были в больнице, допросы продолжались, приходили и следователи, и СБУ, и военные, и милиция. И к кроватям нас приковывали наручниками. А после 10 дней в реанимации сразу отправили в СИЗО. – Почему в СИЗО? – Нас же осудили. Еще в больнице к нам пришел судья, зачитал приговор, что мы осуждены по статье 268.3.1. Мы были признаны боевиками террористической организации ДНР. Кстати, в СИЗО моими сокамерниками оказались ярые украинские патриоты. – Интересно, а их-то за что? – Например, там сидел местный «миллионер», прежде дававший деньги и на Майдан и «Правому сектору». Он у кого-то купил гранаты. А через три дня к нему пришли с обыском и арестовали. Но он все равно остался «патриотом». Кормили хуже, чем собак. Иногда просто сырой картошкой. Каждый день продолжались допросы. Били всех, кто вызывал хоть какие-то подозрения у власти. Там не было ни мужчин, ни женщин. Причем сначала избивали – это занимались нацгвардейцы – а потом отправляли к следователям. Так, одного человека там забили до инсульта, еще одному товарищи прикладом выбили зубы. Одну женщину жестоко избили, потому что у нее близкие ушли в ополчение. Вообще батальоны нацгвардии набирают будто по объявлению: «Требуются сумасшедшие». Они идейные, «работают» с удовольствием. За три месяца их присутствия в Мариуполе полиция получила около 5 тысяч заявлений от местных – грабежи, изнасилования и прочее. 25 декабря нас отправили на обмен. Всего около 70 человек. Посадили в автобусы, завязали глаза и руки, и довезли до границы с ДНР. К слову, один из сотрудников СБУ подготовил нам медсправки, понимая, что без них нам будет трудно. И напоследок руку пожал. Привезли в Донецк, а через день отправили на реабилитацию в Абхазию. Там я пробыл три недели. Получил медаль «За боевое содружество». А неделю назад вернулся в Воронеж. – Что тебя вообще подвигло отправиться на Украину? – У меня родные в Луганске живут - фактически там, где сейчас передовая. Это же наша земля! Как я могу здесь сидеть? Когда у местных спрашиваешь, почему не уезжают, они говорят: это моя земля. С другой стороны, многие убежали: дескать, это не моя война. Да, женщины, дети, старики должны были уехать, а мужчины, я считаю, должны были остаться и защищать свою землю. Они обязаны это делать. Иначе это трусость. Я знаю случай, когда мужчина убежал в Россию, а его девушка осталась в Донецке, потому что не могла бросить родных. Среди ополченцев – все постсоветское пространство: казахи, белорусы, азербайджанцы. Даже немец один был. Сказал, что приехал воевать за правду. Этому парню в бою оторвало обе ноги, сейчас он в Ростове лечится. – Когда, по-твоему, эта война закончится? – Когда народ Донбасса перестанет бежать в Россию, возьмет в руки оружие и встанет на защиту своей земли. Иначе это долго еще будет продолжаться. И будут гибнуть люди. Может быть, к весне Новороссия вернется в свои границы, может быть, Харьковская область устроит свой Донбасс. Сейчас идут самые ожесточенные бои, началось контрнаступление украинской армии. Долбят ожесточенно, 24 часа в сутки стрельба. Насколько хватит украинской армии? У них ведь тоже не хватает солдат. И насколько хватит обороны ДНР? Надеюсь, что выстоят. В ополчение идут новые люди из местных – теперь все понимают, что отсидеться не получится. – Ты вернулся в Россию, получив тяжелое ранение. Но ополченцам, воевавшим на Украине, никаких льгот не полагается… – Да, в России нужно ввести статус добровольца. Чтобы были хоть какие-то социальные гарантии раненым и семьям погибших. Мы не за деньгами и медалями туда ехали. Но вот я вернулся без ноги – и могу идти на все четыре стороны. Куда бы не обращался, мне говорят: вы не военный. Моя травмы будет квалифицирована как бытовая. В Донецке уже приняли закон о компенсациях раненым и семьям погибших. Возможно, сейчас у них не хватит денег на всех нуждающихся, но рано или поздно их выплатят. В России же такого закона нет. Нам не запрещено ехать воевать на Украину, но рассчитывать потом на помощь со стороны государства мы не можем. Нужно надеяться только на свои силы. – Ты не жалеешь о том, что поехал туда? – Ни на секунду. Ногу жалко, да. Но я убедился, что мы должны выиграть, потому что это не гражданская война. Нет, это идет война против России. США воюют с нами. И если сейчас Россия проиграет, если падет Донбасс, на этом все не закончится. Нас будут давить и уничтожать дальше. Поэтому война на Донбассе - это и наша война. Новороссия должна выстоять. Надо будет – я снова туда поеду, пусть с протезом, и снова возьму в руки оружие. Бояться нельзя – нужно победить. От редакции: Александру Пашкову предстоит длительное лечение, множество медицинских обследований, большинство из которых стоят дорого. Друзья Александра объявили сбор средств на приобретение протеза. «Народные новости» обращаются ко всем неравнодушным с просьбой присоединиться к этой акции. Пашков Александр Александрович Карта Сбербанка 6054618992212820    
Оставить Комментарии

Загрузка...
Загрузка...

Новости партнеров

Закрыть